• НСПГ

Оренбургская область: Мяса нет и некуда продать?


Именно мясное животноводство может вытянуть экономику села и не только… СПК (колхоз) «Аниховский» Адамовского района – одно из старейших в области племенных хозяйств мясного направления. На сегодняшний день здесь содержат полторы тысячи голов казахской белоголовой. Из них 800 коров, производителей лучшего чистопородного скота в области. В этом году хозяйство в четвёртый раз подтвердило своё племенное свидетельство. Однако предприятие, как и большинство «мясников» в стране, столкнулось с проблемой сбыта. Сергей Иванов, руководитель СПК, вспоминает былые годы, когда они содержали 9 тысяч голов. И это было очень прибыльно. Всё сдавали на Орский мясокомбинат, который производил из местной говядины вкусную качественную тушёнку, известную даже за пределами страны.

Минус 13 рублей с килограмма

– Сегодня комбинаты не хотят с нами работать, – говорит Сергей Анатольевич, – потому что поку­пают блочное мясо в Бразилии, Аргентине, Белоруссии. Им не важно, какого оно качества, важ­ны цена и удобство: 160 рублей за килограмм, мясо уже без костей, без жил. Размораживай и делай любую продукцию.

У местных же производителей только себестоимость килограм­ма – 173 рубля. – Скот у нас содержится на от­крытых площадках, – продолжает Иванов. – Шесть месяцев он па­сётся, а остальные шесть зимует. И вот, прежде чем его покормить, например, в январе, должен вы­ехать трактор, чтоб прочистить дорогу к ферме, к скирдам, завез­ти корм. Представьте, сколько для этого нужно времени, горючего, техники. Неудивительно, что только в прошлом году у нас закрылся ряд предприятий, занимающихся мясным скотоводством. Среди них известное ООО «Воронеж­ское» Гайского округа, процедуру банкротства проходит ООО «Экс­периментальное» Оренбургского района.

В прошлом году Сергей Анато­льевич побывал в Калмыкии – это лидер по производству мясного скота в стране. Так вот там себе­стоимость килограмма… 12 рублей! Ниже оренбургской больше чем в 10 раз!

– У них скот на пастбище кру­глый год, – говорит он. – В октябре там плюс 25 днём. А у нас уже на­чинаются заморозки. Один район Калмыкии поставляет столько же мясного скота, сколько вся наша область. И, конечно, рыночная цена за килограмм в 160 рублей им выгодна, они остаются в боль­шом плюсе. А мы имеем минус 13 рублей.

В Калмыкии и другие меры господдержки. На каждую племен­ную корову там выдают субсидию в размере 15 тысяч рублей. У нас эта сумма – 5 тысяч рублей. И только при условии роста поголо­вья, в этом году – на 3 процента, и работы предприятия «в белую» – с заплаченными вовремя налогами.

Потому получается, что 280 рублей, которые, с учётом се­бестоимости, просят за килограмм местные производители, перера­ботчики платить не собираются. Вопросы бизнеса выше вопросов развития стратегических отраслей.

– Потому с убоем мы прак­тически не работаем, – говорит Сергей Иванов. – Основную при­быль нам приносили продажи чистопородных телят на откорм другим предприятиям.

Потеряли главный рынок

Долгие годы главным рынком для этого, да и для большинства племенных хозяйств страны, был Казахстан. Однако три года на­зад он закрыл свои границы для ввозимого скота. Дело в том, что там активно взялись за создание мясных хабов и сделали ставку на рост и развитие собственного производства. На 25 процентов у них субсидируется покупка племенного скота. А сейчас идёт работа над созданием единого центра, который будет собирать большие партии телят сразу для всех фермерских хозяйств страны.

Над своей программой раз­вития отрасли сосредоточился и Азербайджан. В Грузии на дан­ный момент производится всего 30 процентов от потребности, и они активно закупают скот у других. Но минуя Россию – по политическим мотивам.

– Так что на сегодня сбыт в мясном животноводстве – ос­новная проблема, – заключает руководитель СПК (колхоз) «Ани­ховский». И такое мнение выра­жают руководители большинства предприятий.

– Всё дело в том, что сегодня 60 процентов мясного поголовья сосредоточено в мелких КФХ и личных подсоб­ных хозяйствах, – рассказывает Роман Костюк, председатель На­циональной ассоциации произво­дителей говядины. – В стране всего 147 хозяйств, где выращивают более 500 голов КРС мясного на­правления! И все эти маленькие ЛПХ разбросаны друг от друга на многие километры. А крупным производителям, таким как «Ми­раторг», «Кремонини-групп», нужны крупные партии одно­временно. Им просто невыгодно покупать по 3 – 20 голов и соби­рать их по всей стране.

Складывается парадоксаль­ная ситуация, когда у нас есть переработчики, которые не могут загрузить свои объёмы на сто процентов, и есть производители сырья, которые не могут его про­дать. В общей сложности в стране всего 1 миллион коров КРС мясного направления и 6 миллионов коров – молочного. В то время как в мире соотношение обратное. При этом Россия завозит столько же говя­дины, сколько и производит. Мы лидеры по импорту мяса в мире. Хотя, по оценкам экспертов, в перспективе можем выращивать в 10 раз больше мясного скота, чем сейчас.

– В некоторых регионах – Новосибирске, например, мы сегодня на­чинаем работать над созданием мясных хабов, – рассказывает Роман Владиславович. – Это сво­его рода единый региональный центр, который отвечает за сбыт любой продукции мясного жи­вотноводства. Ведь товаром, по сути, является не только мясо, но и телята, коровы, племенные быки на откорм. И продавать их по отдельности сложно и чаще всего просто невыгодно.

Не соседу на базаре

А представители подобного мясного центра будут управлять ситуацией по всей области: уточ­нять поголовье, товарные харак­теристики, помогать с поиском семени для воспроизводства, рекомендациями по кормлению, комплексами мониторинга ста­да. Но главное, они будут искать рынки сбыта и формировать при­емлемые партии любой катего­рии скота. Своего рода плановая экономика в рыночных условиях.

Этот формат активно приме­няется в других странах – лидерах по производству мяса. Почему это особенно акту­ально для Оренбуржья? Наша область далеко не рядовой участ­ник отрасли мясного скотовод­ства. У нас семь действующих пле­менных предприятий, мощнейшая в России научная база, представ­ленная Федеральным научным центром биологических систем и агротехнологий Российской ака­демии наук (бывший ВНИИМС). Поголовье только племенного мясного скота у нас превышает 12 тысяч голов. Мы входим в ше­стёрку лидеров по этому показате­лю. При этом наши степи, как ни­какой другой природный рельеф, подходят для развития мясного скота на наиболее актуальных сегодня открытых площадках. Но проблемы именно в сбыте. Было бы производство мяса прибыльно, фермеры стали бы заниматься им активнее. И без всякой господ­держки.

В прошлом году у нас стал вне­дряться новый проект, в котором инвестор-переработчик постав­ляет фермерам скот на откорм, а потом забирает его на убой. Тем самым загружает свои мощности и даёт толчок развитию произ­водства в целом. Однако фермеры участвуют в нём осторожно. Ведь цена за килограмм мяса оговари­вается не сразу. А только после того, как партия будет поставлена на предприятие, из забитой туши возьмут все пробы, и только исхо­дя из этой информации назовут цену. Фермера, возможно, она и не устроит, но обратно забитый скот уже не увезёшь. Таким обра­зом, вопрос сбыта остаётся одним из самых острых.

При этом, анализируя резуль­таты в растениеводстве региона, делаешь вывод, что за производ­ством мяса – будущее. На него не повлияет засуха, эта отрасль может дать максимальное количе­ство рабочих мест на селе. Она не требует больших инфраструктур­ных вложений. Открытые откор­мочные площадки, работающие по технологии «корова – телёнок» уже показали свою жизнеспособ­ность.

– На сегодняшний день мясное скотоводство не только инстру­мент развития сельских терри­торий и развития экономики фермерских хозяйств, личных подсобных хозяйств. Это факти­чески изменение экономической ситуации в государстве, создание условий для реализации возможностей – заклю­чает Роман Костюк, руководитель Национальной ассоциации произ­водителей говядины. – И ни одна отрасль АПК в России не может позволить себе таким образом стимулировать экономику через такой охват роста малого предпринимательства и кооперации. Птицевод­ство исчерпало ресурсы роста, мо­лочное животноводство требует капитальных инфраструктурных затрат, и поэтому они будут раз­виваться постепенно, свиновод­ство исчерпало свой рост. Кроме мясного скотоводства, подхватить развитие сельских территорий и экономики через введение в деловой оборот массивов сельхозземель некому – это вызов со стороны истории нашей стране. От первого лица

Сергей Балыкин, первый вице-губер­натор – первый заместитель председателя правительства области – министр сельского хозяйства, торговли, пищевой и перераба­тывающей промышленности:

– В 2020 году на выплату субсидии на развитие мясного скотоводства в области предусмотрено 128 миллионов рублей, из них средства федерального бюджета – 96 миллио­нов, областного – 32.

В 2019 году было выплачено 107,4 милли­она рублей, просубсидировано 32,7 тысячи голов. Получатели субсидий теперь должны будут не только сохра­нить, но и увеличить поголовье КРС на 3 процента. Это позволит увеличить количество рабочих мест на селе, расширить налогооблагаемую базу, что в конечном счёте положительно скажется на социально-экономическом развитии области.

Кроме того, принятие данного постановления позволит уве­личить количество официально трудоустроенных работников, так как одним из условий является регистрация работников по­лучателя субсидий в Пенсионном фонде Российской Федерации, а также размер субсидии будет зависеть от уровня среднемесячной заработной платы работников, занятых в сельскохозяйственном производстве: чем выше заработок, тем выше применяемый при расчёте коэффициент.

Сергей Мирошников, руководитель Федерального научно­го центра биологических систем и агротехнологий Российской академии наук:

– Наша область всегда была кра­ем живот­новодов. У нас огром­ные паст­бищные угодья, есть круп­ные мясо­перераба­тывающие предприятия. И се­годня наблюдения показывают, что реально перспективными отраслями для села могут быть только производство говядины и баранины.

Возьмём несколько райо­нов области, где из года в год наблюдается низкая урожай­ность: Акбулакский, Светлин­ский, Домбаровский, Яснен­ский. Капитальные вложе­ния в кормопроизводство на 150 гектарах и содержание 30 коров с тёлками на откры­тых площадках формата «ко­рова – телёнок» составляют столько же, сколько и обработ­ка 150 гектаров пашни. При этом доходность фермы будет более 3 тысяч рублей на 1 гек­тар, а убыток от производства зерновых – минус 74 рубля. Это исходя из данных по урожайно­сти 2018 года.

Наблюдения показывают, что каждые три года у нас в ре­гионе случается засуха. Огром­ное количество земли сегодня пустует только потому, что возделывать её невыгодно. А для организации мясной фермы открытого типа нужен минимум затрат. И мы должны эту возможность использо­вать. Рынок открыт для нас. Это единственная возможность возродить село.

Федеральный научный центр биологических систем и агротех­нологий вместе с Национальной ассоциацией производителей говядины и Министерством сельского хозяйства РФ сегодня разработали концепцию устой­чивого развития мясного ското­водства до 2030 года.

В ней говорится, в частно­сти, что перспективная мо­дель отечественного мясного скотоводства будет включать: фермы «корова – телёнок» раз­личных форм собственности, площадки компаний-интегра­торов, где будут концентриро­ваться и готовиться к продаже мелкие партии скота. Кроме того, в эту цепочку должны войти рынки и аукционы ско­та, большие промышленные откормочные площадки и мя­соперерабатывающие пред­приятия.

По нашим расчётам, это позволит в ближайшие 10 лет на 100 процентов заместить импорт по говядине. А также создать по всей стране около 800 тысяч рабочих мест.

Для реализации программы нам необходимы как частные инвестиции, так и государствен­ная поддержка.

Уже сегодня у нас субси­дируется покупка нетелей, но пока только молочного скота. При этом другие регионы вы­деляют дотации фермеру и за содержание мясного скота, и за реализованный живой вес, оказывают помощь в ин­фраструктурных проектах, компенсируют часть затрат на капитальные вложения. Все те же меры по созданию мясного кластера помогут увеличить поголовье мясного скота в Оренбуржье с нынешних 50 до 500 тысяч.

Какие вы видите перспективы в развитии мясного животноводства?

Исламгали Габделов, руководитель ООО «Жуково», Бугурусланский район: – Мы начали заниматься мясным ско­том в 2006 году. До этого было только растениеводство. Завезли 109 тёлок и двух быков. С тех пор выросли до 700 голов. Продаём в основном тёлок на воспроизвод­ство. Что-то отдаём живым весом на мясо в Абдулино. Честно говоря, в первую очередь думали, чтобы дать людям работу. На жи­вотноводстве занято 12 человек. Кормовая база своя, это снижает себестоимость. Скот содержим на крытых фермах, кормление на улице. В этом году заготовили кормов с избытком. Зима была тёплая, потому в целом результатами работы довольны. Развиваться можно, если есть желание, и в мясном направлении тоже.

Наталья Ермакова, глава КФХ, Соль-Илецкий округ:

– Муж разведением КРС занимается давно. Я подключилась год назад. Главное, от чего зависит прибыль такого предприя­тия, ситуация в растениеводстве, которая напрямую влияет на стоимость кормов. В остальном у нас все процессы отлажены, специалисты есть, базы тоже, сбыт налажен. Крупные партии мы продаём переработчику в Саракташский район. Поменьше – част­никам, они дают цену повыше. Участвуем в торгах на поставки мяса в государственные учреждения, с некоторыми сотрудничаем не один год. Но в планах сделать свой магазин в областном центре, чтобы получать больше прибыли от продукции с высокой добавлен­ной стоимостью.

Дмитрий Максутов, заместитель главы Александровского района, началь­ник сельхозуправления: – В нашем районе в основном неболь­шие КФХ занимаются мясным скотовод­ством. Многие из них – получатели гран­тов. И я согласен, что сегодня государство выделяет поддержку именно тем, кто «закрывает» такие важные, можно сказать, стратегические отрасли. Со сбытом у нас проблем нет. Фермеры работают как с круп­ными переработчиками, так и с местным убойным пунктом. Конечно, мелким в этом направлении проще развиваться – затраты небольшие, можно быстро переориентиро­ваться на другой вид деятельности, сбыт мелкой партии найти проще. Возможно, за ними и будущее этого направления.

Владимир Доровских, руководи­тель КФХ в Илекском районе, расска­зывает:

– В этом году участвуем в областной грантовой программе как семейная то­варная ферма. Нужны средства на рас­ширение. Отец начал своё дело в 2002 году, я подключился позже. Сегодня много говорится в области о том, что поголовье мясного скота сокращается. Мне кажется, если иметь хороший рынок сбыта – мы сдаём своё поголовье переработчикам в Саракташский район, закупать породистый скот и соблюдать технологии выращива­ния, можно сделать серьёзный рывок в этом направлении.

Факт: В 2 раза сократилось поголовье племенного скота мясного направления на предприятиях Оренбуржья за 10 лет. 47% составляет численность мясного скота в общей структуре стада области. Общее поголовье КРС на сегодня – более 560 тысяч голов.

Источник: orenburzhie.ru

Просмотров: 109